Причины обращения к психологу-консультанту

Психологический запрос — мотивированное определенным образом обращение клиента к менеджеру с просьбой предоставить точную форму психологической помощи.

Построение и решение совещательных задач начи­нается с эмоционального запроса заказчика. Он обращается к специалисту по психологии смотрите здесь с просьбой предложить психическую помощь, представляя в какой-то форме собственные трудности, волнения. Чтобы человек разрешился на консультацию, нужно, как минимум, 2 условия:

1) объективное наличие психологических неприятностей, которые служат прототипом неблагоприятного психологического состояния;

2) по крайней мере выборочная мысль человеком собственных проблем, т.е. отражение их в сознании в фигуре необходимости в психологической помощи

Спектр возможных проблем, являющихся причиной послания к специалисту по психологии, вполне может быть довольно широкий: от пищевых расстройств до неприятностей, затрагивающих наиболее базы существования человека. Есть разные расклады к систематизации эмоциональных неприятностей. Выделяются, к примеру, проблемы индивидуальные, педагогические, коммуникативные, возрастные, соседние. Неприятности могут отличаться по стадии их трудности (прежде всего, для самого заказчика): от несложных, когда бывает довольно обычной консультативной беседы, до трудных, требующих от заказчика открытий, инсайта, что вероятно только при долгой совещательной работе.

Следующая систематизация предполагает выделение 3-х причин для локализации источников появления неприятности 1:

А) окружение (включает проблемы, сопряженные с семьей, местом проживания человека, местом обучения, работы, отношениями со знакомыми, приятелями и т.п.);

Б) жизнь человека в общем (укрепляются совместные неприятности, такие как резон жизни, реализация, финансово-бытовые неприятности, суицидальная энергичность);

В) человек (отображает неприятности физического плана, и в том числе обычные психофизиологические положения, интимные неприятности, болезни, алкогольную связь).

Даже содержание справедливых причин для послания за эмоциональной поддержкой далеко не всегда приводят к тому, что человек проходит к специалисту по психологии. Причины тут могут быть самыми разными:

— недостающие уровень создания и информированность по вопросам психологии;

— неимение познаний о специфике работы психолога-консультанта;

— существование некоторых эмоциональных барьеров: ужас оголить собственный врожденный мир, уклонение освободиться от определенных эмоциональных неприятностей, применяемых как обороны, сомнение либо нерешительность в том, что специалист по психологии поможет и т.п.

Время от времени нужно со стороны специалиста по психологии сделать (вполне может быть, через четвертых лиц) мотивацию для принятия эмоциональной помощи. Тогда вероятны некоторые предсказывающие действия со стороны менеджера: объяснения, очные консультации, вызывание родственников. Но, если мотивация потрудиться над собственными психическими неприятностями у человека не сформирована, вмешательство в его врожденный мир без его разрешения возможно только в необыкновенных жизненных обстоятельствах.

К примеру, при опасности совершения суицида, криминального правонарушения, в прочих критичных ситуа­циях, когда отрицательные результаты невмешательства могут существенно превзойти ущерб от нарушения эмоциональной неприкосновенности. Однако даже при таких раскладах менеджеру необходимо помнить об этике и о том, что излишняя энергичность может иметь обратный эффект, из-за этого злоупотреб­лять ею не стоит.

Это следующие причины послания за эмоциональной поддержкой2 :

1. Забота. Положение волнения, беспокойства встречается часто. Можно сообщить, что в какой-то стадии оно привычно чуть ли не всем, обращающимся за эмоциональной консультацией. Но в отдельных случаях положение волнения оп­ределенно считается главным и, не доискиваясь до предполагаемых глубоких истоков, есть резон думать его главным условием, обусловливающим данные неприятности заказчика, и как раз в этой связи положением нужно направлять главные действия психоло­га-консультанта.

Основной отличительной чертой заказчиков, находящихся в этом состоя­нии, считаются взволнованность, сопряженная с каким-нибудь точным обстоятельством (приключившимся либо способным случиться в их жизни), или волнение как простая чувственная “доминанта”, не имеющая единственного событийного истолкования. Тут довольно время от времени только несколько вопросов со стороны менеджера, чтобы обнаружить целое “поле” важных резких неприятностей.

Положение волнения может играть в роли отрицательного контекста для формирования не менее солидных неприятностей как для заказчика, так и для его соседнего круга. Часто из-за долгого положения волнения люди начинают срываться на близких людей, показывать враждебность и т.п.

Так что, важная забота заказчика — как его началь­ное положение — является насколько бы некоторым “сигналом”, обра­щенным к менеджеру, “сигналом” о определенном очень глубочайшем и слабом круге неприятностей, доказывающих послание заказчика к пси­хологу-консультанту. От возможности менеджера ощутить данную больную “зону” и подвести заказчика к ее открытому обсуж­дению зачастую находится в зависимости эффект работы с такими вариантами.

2. Колебание, нерешительность. В данную компанию необходимо отнести те ситуации посланий, которые обусловлены проблемами в принятии значительного реального решенияили же, напротив, сомнениями в корректности идеального операции.

Ситуации колебания, нерешительности сравнивая с опаской можно оценивать как не менее воплощенную степень понимания воз­никших неприятностей заказчиком. Обычно, то, что при тре­воге прячется “на полпути” к сознанию и, не считая исхода и адек­ватного вербального выражения ведет к беспокойству, в этом случае довольно понятно показано в сознании, при этом часто как базовая актуальная неприятность, не раз прежняя пред­метом независимых раздумий.

Неприятность заказчика (а отсюда и неприятность менеджера) тут часто заключается в том, способны ли оба приступить к ее открытому рассмотрению, не укрывая друг от дружки и тех идей, которые полагают “про себя”. Из-за этого в работе с этой группой заказчиков очень принципиальна — с одной стороны — их собственная дееспособность быть искренними перед самим собой, с иной — чувствительность менеджера к данному “намерению” кли­ента.

3. Угнетение. Основной отличительной чертой примеров данной компании являет­ся в основном эмоциональное реагирование на случающиеся травмирующие реальные мероприятия. Заказчика волнуют ощущения хандры, печали, обиды и он, не менее либо менее сознательно, хочет разде­лить их с кем-нибудь, получить успокоение в беседе с веским для него человеком.

В этом случае ключевая неприятность для заказчика и менеджера заключается в том, чтобы приблизиться к рассмотрению тех интимно важных ценностей и желаний, в которых заказчик фрустрирован. Обычно, это наиболее глубочайшие, “базальные” необходимости, в которых человек испытывает протест.

Важно, чтобы сочувственно-помогающая установка кон­сультанта была уравновешена частей разумного резона, подсказывающая и которая напоминает о том, как часто в жизни любой человек встречается с неудовлетворенностью и разочарованием в на первый взгляд важнейших и существенных собственных запросах, и что не настолько часто имеет место противоположное.

Одним на факторов, осложняющих совещательную деятельность с определенными резидентами этой компании заказчиков, считается линия к “опредмечиванию” собственных невзгод и постоянная фиксация на ком-нибудь из собственного круга, кто воспринимается как “корень зла”, “виновник” и т.д. В условиях квалифицированной работы это вполне может быть началь­ник, товарищ, дома – муж, дети, опекуны.

4. Удар. К данной команде относятся положения, сопряженные с трудным чувством исключительности случившейся с заказчиком неудачи либо идеального им лично грешка. Психотравмирующее со­бытие кажется человеку так страшным, противореча­щим самим основам его жизни, что он, обычно, не в состоянии либо (и) не желает сообщать о нем людям из собственного круга и также очевидно не может совладать с ним в одиночку.

Часто сам доскональный рассказ о вызывающих духовную боль обстоятельствахили мемуарах приносит значительное облегче­ние. В итоге преодоления полоумной замкнутости человек перес­тает ощущать себя 1 на 1 с собственной обидой либо виной.

Какправило, тут мы встречаемся с такой нагою духовной травмой, что у человека не располагается никаких средств пси­хологической обороны против нее. Это различает, например, дан­ноесостояние от печали, где эта ступень — ступень заостренного страда­ния, если и имела место, — пройдена, и часто само угнетение можно оценивать как оригинальное — малоэффективное — средство эмоциональной компенсации.

Данные ситуации предъявляют, наверное, предельные условия к возможности менеджера к чистосердечному сопереживанию. Появляющееся при таких раскладах эмоциональное понимание менеджера с клиен­том само дает значительное упрощение.

Четкая квалификация этого положения вполне может быть затруднена обычной ориентацией менеджера на сам характер психотравмирующих факторов — на внутреннюю фабулу повествования заказчика, а не на тот “след”, который она оставила в его душе. Положение потря­сения может иметь место при, на первый взгляд, вполне обыкновенных и – с наружной позиции — достаточно безопасных жизненных обстоятельствах. И напротив, наиболее драматичные обстановки, изготовляя большое ощущение на менеджера, могут совершенно иначе оцениваться самим заказчиком, ощутимо не нарушая его эмоциональное баланс.

Настоящее удар, захватывая человека “врасплох” и раз­рушая защитные механизмы, делает его синхронно крайне открытым и насколько бы нуждающимся в разговоре с консультантом. Наоборот, лишнее сосредоточивание травмирующих факторов, не менее либо менее непосредственные условия признания себя в роли “страдальца” свиде­тельствуют о какой-то степени изучения человеком собственной обстановки, что к тому же дает возможность полагать, что тут мы имеем дело не с ошеломлением, и на первый план выступило ка­кое-то другое положение.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *